Концепт отчуждения не является теоретическим концептом. Отчуждение не видимость, которая расшифровывается анализом настоящих, реальных отношений, стоящим за ними. Поэтому недостаточно воспроизвести дихотомию между отчуждением и опредмечиванием, между видимостью и сущностью. Отчуждение это феномен практики, это феномен отношений между капиталом и трудом при котором богатство живого труда во всех своих формах превращается в богатство капитала в форме мертвого труда (средств производства), товаров, денег, роскоши, одним словом, в форму вещей. Хотя концепт отчуждения проблематизирует возможность свободы, равенства человека, возможность отношений за пределами всеобщей полезности, но лишь теоретический анализ отчуждения даст обоснование моральным претензиям капитализму.
Концепт отчуждения фиксирует не состояние, а динамику реальных отношений в обществе политической экономии. С одной стороны, это стратегии, акции капитала по превращению не-труда в труд, а труда в капитал, а с другой, тактики борьбы труда против капитала, моменты перехода труда в не-труд. Отчуждение никогда не бывает тотальным, но локальным, реально разворачивающимся процессом борьбы. Отсюда невозможность манипулятивистских концепций «идеологии», «масс-медиа», «поп-культуры». Карл Маркс предупреждал, что в понятие капитала необходимо входит его цивилизующее влияние. Более того, можно сказать, что понятие отчуждения должно мыслится как опыт осцилляций между стратегиями капитала и тактиками рабочего класса, между борьбой за капитализм и против него. Поэтому исследование отчуждения принимает форму (г)локального анализа, разбирающего формы, методы и методики, малейшие столкновения, пересечения власти и сопротивления, порой не имеющие жесткой централизации, проявляющихся различно в обстоятельствах пространства и времени. Отчуждение не тотально, поэтому не может принимать сетевой структуры, это не универсальный зонт капитала, не пропускающий прямо падающих атомов борьбы, тем более что последние могут бесконечно искривлять свою направленность. В исследовании отчуждении всегда важно иметь ввиду особенности географии и темпоральности. Карл Маркс изучал, прежде всего, капитализм в Англии и никогда не считал свою версию капитализма исчерпывающей и легко приложимой к любому другому капитализму. Отчуждение это не целостность, а совокупность техник власти, работающих нелинейно, не по плану, а по ситуации, встречающих мгновенное сопротивление, от которого превращаются, и обращается сами эти техники. Эти стратегии власти не имеют характера однозначной эксплуатации, но производят не только «общество» (политической экономии), но и субъективность. Отчуждение производительно (Фуко) не только по своему экономическому результату, но и в аспекте создания субъективности. Маркс, заявляя об исторической миссии капитала, вполне отчетливо дает понять, что капитал производит трудолюбивого человека, желающего трудиться за пределами того, что ему нужно для удовлетворения индивидуальных потребностей. Именно после произведения и обнаружения общественной связи всех через всеобщее трудолюбие, капитал как внешняя дисциплина прибавочного труда будет преодолен.
Концепт отчуждения не включает в себя телеологию, внутреннюю цель своего движения, окончательный результат к которому должно прийти общество. Результат отчуждения обусловлен достижением целей капитала, труда или не-труда. Отсюда возможность коммунизма состоит не в целесообразном движении снятия отчуждения, но в серии локальных побед. Отчуждение не возрождает, не восстанавливает потерянную невинность труда, сущности человека, поскольку труд по своему существу является конструкцией капитала. Капитал лишает реальности отношения, в которых не производится прибавочная стоимость и наделяет субстанциальной реальностью как раз отношения, приносящие прибавочную стоимость. Однако эти отношения не являются естественными, субстанциальными, первичными, но есть результат истории, так же как и трудовые отношения при капитализме, что убедительно демонстрирует Маркс в главе о первоначальном накоплении в «Капитале».
Хитрость отчуждения в том, что сопротивление власти капитала может превратиться в резервуар неоплаченного труда, а труд может производиться в качестве не-труда, то есть без внешних ограничений и непосредственной квантификации. Отчуждение это единство противоположностей труда и не-труда. Не-труд это постоянно отодвигаемая граница не-дискурсивности. Например, Маркс сообщает, что для того капитала, который он описывает, совершенно неинтересна, не-производительна, не-трудоспособна область культуры, духовности в своей качественной реализации, инновационности, эвристичности. В то же самое время, Маркс напоминает, что капиталистический способ производства прогрессирует за счет превращение деятельностей и предметов в товары, то есть не-производительное потенциально может стать производительным, не-труд может стать трудом.
Двойственность концепта отчуждения слышится и в самом слове «отчуждение» (Entfremdung), где приставка Ent- может означать и начало действия (например, в словах entflammen — воспламениться, entbrennen — загораться) и удаления (entfallen — выпадать, entreißen — вырывать) от него, то есть движения собственно отчуждения и от-чуждения, от чуждости. Чтобы понять смысл этой чуждости необходимо обратиться к Гегелю. В «Феноменологии духа» отчуждение как Entfremdung используется для обозначения чужого для единичного сознания предмета, который создается/познается духом в качестве простого, абстрактного момента его движения, чтобы затем из этой отчужденности вернуться в собственность духа (aus dieser Entfremdung zu sich zuruckgeht und hiermit jetzt erst in seiner Wirklichkeit und Wahrheit dargestellt wie auch Eigentum des Bewußtseins ist) [Hegel F. Phänomenologie des Geistes [Электронный ресурс] / F. Hegel // Hegel Werke. – Berlin: TALPA Verlag, 1998. – электрон. опт. диск (CD-ROM); S. 39]. После длинного приключения духа он наконец-то достигает опознания сознания, предметом для духа становится самосознание [41; S. 639]. И, наконец, в абсолютном духе единичный дух все движение осознает как собственное движение, субстанция становится субъектом. Тем самым совершается круг, в котором абсолютный дух наполняется содержанием истории и сознает себя. Итак, для Гегеля отчуждение всей ставшей духовной культуры преодолимо осознанием ее, на этом строится и вся телеология абсолютного духа. Маркс же понимает эту чуждость не в качестве момента телеологического проекта, а как отношение разорванности между живым трудом и мертвым трудом как собственностью капитала, между субъективной возможностью к труду, и ее актуализацией с природой и предшествующей культурой. Отсюда вещный характер отчуждения.
В обществе товаропроизводителей их связь опосредуется внешним, вещным отношением – покупкой и продажей товаров. Деньги как универсальная форма стоимости, как всеобщий эквивалент становится вещным знаменателем общественной связи индивидов, отчужденной от них (Individuen ihre eigne gesellschaftliche Beziehung als Gegenstand sich entfremdet haben). Имея деньги возможно установить общественное/вещное отношение с человеком/вещью. Поэтому-то деньги проституируют все моральные, интеллектуальные и пр. ценности, низводят их до средства, поскольку сами деньги служат выражением проституированности вещных общественных отношений (все покупается, все продается) [Marx K. Grundrisse der Kritik der politischen Ökonomie / K. Marx – Berlin.: Dietz Verlag. – Marx-Engels-Werke-Ausgabe. – Band 42. – 1983. – 875 s. с. 95]. Главным стремлением капиталиста является увеличение прибавочной стоимости за счет уменьшения времени на производство товара. Следствием этого являются 1) производство абсолютной прибавочной стоимости благодаря увеличению длины рабочего времени с тенденцией превращения всего жизненного времени в рабочее время (verwandeln seine Lebenszeit in Arbeitszeit) [Marx K. Das Kapital. Kritik der politischen Ökonomie. Erster Band. Buch I: Der Produktionsprozeß des Kapitals / K. Marx – Berlin: Dietz Verlag. – Marx-Engels-Werke-Ausgabe. – 1962. – Band 23. – S. 11-802, S. 674], 2) производство относительной прибавочной стоимости средствами интенсификации трудового процесса (кооперация, мануфактура, машинная техника). Сокращая время на производство товара, капиталист стремится увеличить часть живой рабочей силы, поскольку именно она создает прибавочную стоимость. Дисциплинарная техника пронизывает все общество политической экономии диктатом производительности – школы, фабрики, больницы, тюрьмы. Экономия времени не ведет к увеличению свободного времени, но лишь к более плотному производительному использованию рабочего. Любое движение, любой жест должен быть полезен, просчитан, записан, задокументирован. В «Нищете философии» Маркс говорит: «Время (Zeit) – все, человек – ничто, он – всего лишь воплощение времени (die Verkörperung der Zeit). Речь больше не идет о качестве (die Qualität). Количество (Quantität) решает все. Час за час, день за день, но это уравнивание труда ни в коем случае не произведение вечной справедливости по господину Прудону. Оно есть просто результат современной промышленности» [Marx K. Das Elend der Philosophie / K. Marx – Berlin: Dietz Verlag. – Marx-Engels-Werke-Ausgabe. – 1972. – Band 4. – S. 63 - 182, S. 85]. Следствием отчуждения живого труда от средств производства является отчуждение количественного времени от социального времени. Поэтому квантификация времени осуществляется в замкнутых, ограниченных пространствах.
Комментариев нет:
Отправить комментарий